![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Jan. 27th, 2012 01:46 pm
Картинки с выставки. Дюрер
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kuz_draВ началe своего творческого пути, едва обзаведясь мастерской, Дюрер писал много портретов ещё и потому, что это было хорошим источником дохода.
К ранним портретам относятся, например, портрет Освальда Креля и Элизабет Тухер.
Портрет Освальда Креля, 1499, Старая Пинакотека, Мюнхен
Освальд Крель был нюрнбергским купцом, позже был избран бургомистром своего родного города Линдау.
Портрет Элизабет Тухер, 1499, Кассель, картинная галерея
В 1499 нюрнбергские патриции Ганс XI и Николаус Тухеры заказали Дюреру свои портреты с жёнами. Портрет Ганса и Фелицитас сохранился, портрет мужа Элизабет, Николая, утерян. Диптихи с изображением мужа и жены распространены с 30-х годов XV века в нидерландском искусстве. В немецкой живописи во время Дюрера их тоже было достаточно много. Существует диптих семьи Тухер, написанный в 1478-м или 81-м году учителем Дюрера Вольгемутом. В отличие от монохромного заднего плана у Вольгемута, задний план на картинах Дюрера оживлен окном с видом.
Сначала Дюрер писал портреты нюрнбергских богачей, позже ему удалось заполучить в заказчики Фридриха Саксонского, ещё позже самого императора Максимилиана. Курфюрст Фридрих посетил Мюнхен в 1496-м году, когда Дюреру было 25 лет, и заказал два алтаря и портрет. Портрет выполнен на холсте (так называемом Tüchlein), видимо потому, что курфюрст хотел забрать его сразу (такие картины быстро сохли, их можно было свернуть в рулон и взять с собой).
Портрет курфюрста Фридриха Саксонского. Берлин, 1496, картинная галерея
После 1500-го года под впечатлением от работ Грюневальда, с которым Дюрер познакомился в 1502-м или 1503-м году, он начинает рисовать углем и создаёт множество портретов в этой технике. Такие портреты менее идеализированы, более свободны в исполнении, в том числе потому, что не опирались на желания заказчиков, это были простые быстрые наброски «nach dem Leben».
Сохранилось шесть или семь нарисованных углем портретов, написанных только в 1503-м году, среди них профильный портрет Виллибальда Пиркгеймера, напоминающий медаль и придающий изображённому характер античного императора.
Виллибальд Пиркгеймер, 1503, Берлин, гравюрный кабинет
Ещё один портрет того времени.
Портрет восемнадцатилетнего юноши, 1503, Академия изобразительных искусств, Вена
Судя по тому, что портрет подписан, Дюрер считал его полноценным произведением, а не подготовительным этюдом для картины маслом. О том же говорит надпись сверху, в которой юноша от первого лица сообщает свой возраст на момент написания картины. Имя изображённого неизвестно. На рисунке брата Дюрера Эндреса есть похожая надпись. Возможно, и этот юноша был родственником Дюрера. Портрет очень реалистичный, без идеализации, такое художник мог себе позволить только в собственных портретах или портретах друзей и родственников.
Летом или осенью 1505-го года Дюрер отправляется в Венецию. Там он пишет ряд портретов, чтобы заработать себе на существование. Изучая венецианскую живопись, в первую очередь работы Беллини, он заимствует многие её приёмы для своих картин. Самый известный пример - портрет венецианки.
Художник изображает крупным планом лицо и плечи девушки, меньше занимается деталями, концентрируется на существенном. Палитра отличается от его прежних портретов: она более тёплая, с золотистыми тонами Тициана, контуры менее линейны, более размыты и смягчены, что делает портрет очень притягательным и уютным. .
Портрет венецианки. Около 1505, МИИ, Вена
А этот рисунок, возможно, был сделан в дороге.
Портрет смеющейся крестьянки, 1505, Британский музей, Лондон
Он датирован и подписан "Una Vilana Windisch". "Windisch" значит «славянский», предполагается, что Дюрер проезжал местности Каринтию (юг Австрии, нем. Kärnten) и Фриули (северная Италия, ит. Friuli), в которых до сих пор живёт словенское меньшинство. Нюрнбергская же карта 1501-го года называет словом «Winden» современную Далмацию. Есть вариант, что портрет был нарисован не во время путешествия, а уже в Венеции, это могла быть приехавшая туда хорватка. Задний план тщательно проработан, рисунок подписан, что может указывать на то, что рисунок предназначался для продажи или послужил подарком. Однако в нём так мало индивидуальности, что я склоняюсь к тому, что это, если и портрет, то портрет не одной личности, а целой этнической группы, абстрактный образ славянки.
Скорее всего сразу после возвращения написан портрет молодого человека.
Портрет молодого человека, 1507, МИИ, Вена
На картине любовно выписаны детали, фактура мехового воротника, волосы. Кто изображён на портрете, неизвестно, возможно, Вильгельм Галлер. На венском алтарном образе Ландауера с изображением всех святых фигура Вильгельма Галлера, зятя донатора, имеет сходство с портретом. С другой стороны портрета ещё одна картина: на ней - иссушенная старостью женщина с обнажённой грудью и мешком, наполненном монетами. Раньше (например, у Панофского и пр.) она трактовалась как персонификация алчности, которую художник якобы нарисовал в качестве мести скупому заказчику не желавшему внести запрошенную за портрет цену. Сейчас она трактуется в традиции vanitas, как напоминание о смерти и преходящести всего земного.
Возникшие после итальянского путешествия портреты демонстрируют не только владение техникой и анатомией, но и глубокое понимания человеческой сущности.
Портрет девушки, 1515, Национальный музей, Стокгольм
Голова африканца, 1508, Альбертина, Вена
Живописные портреты этого периода аскетичны в деталях, Дюрера больше интересует лицо и характер, поэтому он изображает людей крупным планом на монохромном фоне, не отвлекающем от главного.
Портрет учителя Михаеля Вольгемута. 1516, Германский национальный музей, Нюрнберг
Портрет написан за 3 года до смерти Вольгемута, художнику здесь 79 лет.
Вероятно, Дюрер написал его себе на память, доска, на которой он написан, состоит из нескольких частей, что вряд ли возможно для заказа. Надпись сделана по-немецки, что тоже нетипично для заказного портрета.
В 1518-м году на Аугсбургском рейхстаге, куда Дюрер отправился как представитель имперского города Нюрнберга, ему выпала возможность рисовать самого императора Максимилиана. А также кардинала Альбрехта Бранденбургского — ещё одно очень влиятельное лицо того времени (существует множество его портретов, созданных другими художниками). Сначала он делает подробные рисунки, послужившие основой для будущих гравюр. В портрете Максимилиана Дюрер отказывается от изображения знаков императорской власти в виде гербов и пр., он передаёт статус императора как высшего представителя земной власти только его позой, осанкой, взглядом.
На гравюре, однако, все привычные знаки отличия появляются.
Максимилиан I, 1518, рисунок углем, Альбертина, Вена
Максимилиан I, 1519, гравюра по дереву, Альбертина, Вена
Помимо ксилографии, на основе рисунка Дюрер создал два живописных портрета: один водяными красками на холсте, позже переписанный маслом (Нюрнберг, Немецкий музей), другой на доске. Так как для двух картин он использовал один шаблон, головы на обоих портретах одного размера, несмотря на разный формат. Максимилиан опирается на парапет (ещё один приём, позаимствованный у нидерландских мастеров XV века). В нюрнбергской версии вместо державы, как символа власти, Максимилиан держит крупный гранат. Нюрнбергский портрет - это либо эскиз к венскому портрету, либо копия для какого-нибудь богача, например, Якоба Фуггера.
Максимилиана I, 1519, MИИ, Вена
Максимилиан I, Нюрнберг, Немецкий музей
Там же был сделан последний рисунок Фридриха Мудрого Саксонского (первый портрет был выше).
Фридрих был сторонником и защитником Мартина Лютера, вёл переговоры с папой, покровительствовал искусствам и наукам. Гравюра была готова значительно позже, за несколько месяцев до смерти курфюрста, в 1525-м году. У художника и курфюрста были, судя по всему, очень тёплые отношения.
Фридрих Саксонский Мудрый, Мюнхен, государственное графическое собрание
А теперь рисунки и гравюрные портреты ярого противника Лютера, главного немецкого католика Альбрехта Бранденбургского.
Кардинал Альбрехт Бранденбургский, 1518, Альбертина, Вена
Так называемый "малый кардинал", 1519, Мюнхен, графическое собрание
"Большой кардинал", Мюнхен, 1523, Мюнхен, графическое собрание
Встреча Дюрера с ещё одним влиятельным лицом, на сей раз представителем финансовой элиты, тоже состоялась вероятнее всего во время аугсбургского Рейхстага.
Портрет Якоба Фуггера, по прозванию Богатый,1520, государственная галерея, Аугсбург
Изображённый идентифицирован в XIX веке на основе сходства с другими портретами. Один из них, свадебный, был в первой части истории о портретах. Фуггер сначала был главой инсбрукского филиала основанного в Аугсбурге торгового общества. В 1510-м году он стал единоличным главой фирмы, к которой принадлежал крупнейший тогда в Европе банк. Фуггер давал кредиты Максимилиану и Карлу V и мог таким образом влиять на выборы императора и папы. Максимилиан назначил его рейхсграфом. В Берлине есть очень близкий по композиции рисунок углем, который вероятно служил эскизом для картины. Портрет написан на холсте (как я уже писала, это был более быстрый и простой способ изображения, к которому Дюрер прибегал в путешествиях или если заказ был спешным). Предполагается, что это промежуточная стадия, что существовала картина на доске, на которой Фуггер изображён в богатой одежде. Оригинал не сохранился, но дошёл до нас в копиях.Есть ещё мнение, что это копия с утерянного оригинала, выполненная учениками Дюрера. Плохое состояние холста не позволяет это определить.
В портретах последних лет, начиная с 1525-го года, Дюрер снова уделяет большое значение рисунку и деталям, палитра становится более сдержанной, даже холодной.
Таков, например, портрет Якоба Муффеля.
Портрет Якоба Муффеля,1526, Берлин, картинная галерея
Муффель был нюрнбергским патрицием, членом Малого Совета города, дважды избирался бургомистром и дружил с Пиркгеймером и Дюрером. Портрет написан незадолго до его смерти, последовавшей в том же году. В портрете не только безупречно передана фактура одежды, а также все физиогномические подробности, все выпуклости и вогнутости лица, но ещё и характер, душевный склад изображённого.
В 1526-м году Дюрер пишет портрет Иоганнеса Клебергера, который считается первым произведением немецкого маньяризма.
Иоганнес Клебергер, 1526, МИИ, Вена
Портрет, заканчивается срезом, какие имеют скульптурные головы, например, знаменитые римские портреты начала нашей эры, хотя сама голова нарисована в обычной манере, без попытки передачи фактуры мрамора или бронзы. Она напоминает скульптуру из воска. Сам ли Дюрер пришёл к такому решению или это была идея заказчика, неизвестно. Я думаю, скорее последнее. Такой необычный портрет очень хорошо сочетается с неординарной личностью изображённого. Клебергер был купцом в торговом доме Имгофф, а имено в его филиалах в Берне и Лионе. Он принадлежал к далеко не самому знатному роду, но был очень удачлив в делах и сказочно разбогател. В 25-м или 26-м году Клебергер вернулся из заграницы в Нюрнберг, в 27-м году получил гражданство, а 28-м году женился на старшей дочери Пиркгеймера Фелицитас, бывшей жене Ганса Имгоффа, овдовевшей в 26-м году. Пиркгеймер был против этого брака. У него явно имелся повод не доверять этому человеку. Почти сразу после свадьбы Клебергер бросил свою супругу и умчался назад в Лион, а Фелицитас заболела и через два года умерла. Её отец открыто обвинял Клебергера в убийстве, утверждая, что он дал его дочери медленно действующий яд, что врядли было правдой. В отличие от Пиркгеймера, французы этого авантюриста любили и называли bon Allemand - став самым богатым жителем города, он не жалел средств на пожертвования, особенно, когда Лион вновь навестила чума.
После надписи, сообщающей имя и возраст изображённого, следует таинственный знак, который также имеется на двух медалях, появившихся в то же время - согласно астрологическому трактату Агриппы фон Неттесгейма (1510), это знак, символизирующий положение, когда самая яркая звезда в созвездии Льва визуально наиболее близка к Солнцу. Человек рождённый при таком расположении звёзд, создан для великих свершений, ему всегда сопутствует успех. В верхнем левом углу изображён знак Льва, окружённый звездами, положение которых в свою очередь обещает счастливую судьбу. Вообще весь облик Клебергера, его нос, причёска, властный пронзительный взгляд вызывают ассоциацию с римским императором, который, как водится, пришёл, увидел и победил.
Особое место среди портретов Дюрера занимают портреты гуманистов.
Первый - гравюра на меди Виллибальда Пиркгеймера. Она напоминает античную стелу, которая, помимо имени, имеет какое-то мудрое изречение, в данном случае «Vivitur ingenio, caetera moris erunt» (Мы живёт духом, всё остальное достанется смерти). Слова эти явно придуманы не Дюрером, скорее всего их предложил сам Пиркгеймер, большой друг Дюрера, сильно повлиявший на формирование его личности.
Виллибальд Пиркхаймер, 1524, Мюнхен, государственное графическое собрание
Ещё один портрет - Филиппа Меланхтона, похожий по композиции на портрет Пиркгеймера. Я уже упоминала его необычную надпись, в которой Дюрер признаёт, что ему удалось передать только образ, но не душу, не характер изображённого. Мелахтон был ближайшим соратником Лютера. С осени 25-го до весны 26-го года он гостил у Пиркгеймера в Нюрнберге, куда приехал по приглашению, чтобы помочь организовать здесь первую общественную гимназию. Так что его ещё называют отцом немецкой школьной системы.
Филипп Меланхтон, 1526, Мюнхен, графическое собрание
В 20-м году, во время путешествия в Нидерланды, Дюрер познакомился с самим Эразмом Роттердамским. Тот очень хотел, чтобы Дюрер выгравировал его портрет. Для этого художник сделал два рисунка, один из которых сохранился, но основой для гравюры послужил не он, а живописный портрет Эразма, написанный Квентином Массейсом. Изображение Эразма, за пультом с пером в руке и в окружении книг, представляет собой иконографический тип учёного, появившийся ещё в средневековом искусстве, смотрите, например, изображения св. Иеронима. Гравюра Эразму не понравилась, он счёл портрет непохожим.
Эразм Роттердамский, 1526, Альбертина, Вена
Помимо перечисленных здесь портретов, на выставке были работы учеников Дюрера, трёх Гансов: Кульмбаха, Шойфелина и Бальдунга, написанные в дюреровкой манере, но я, пожалуй, не буду покушаться на необъятное и ограничусь Мастером.
Продолжение следует.
К ранним портретам относятся, например, портрет Освальда Креля и Элизабет Тухер.
Портрет Освальда Креля, 1499, Старая Пинакотека, Мюнхен
Освальд Крель был нюрнбергским купцом, позже был избран бургомистром своего родного города Линдау.
Портрет Элизабет Тухер, 1499, Кассель, картинная галерея
В 1499 нюрнбергские патриции Ганс XI и Николаус Тухеры заказали Дюреру свои портреты с жёнами. Портрет Ганса и Фелицитас сохранился, портрет мужа Элизабет, Николая, утерян. Диптихи с изображением мужа и жены распространены с 30-х годов XV века в нидерландском искусстве. В немецкой живописи во время Дюрера их тоже было достаточно много. Существует диптих семьи Тухер, написанный в 1478-м или 81-м году учителем Дюрера Вольгемутом. В отличие от монохромного заднего плана у Вольгемута, задний план на картинах Дюрера оживлен окном с видом.
Сначала Дюрер писал портреты нюрнбергских богачей, позже ему удалось заполучить в заказчики Фридриха Саксонского, ещё позже самого императора Максимилиана. Курфюрст Фридрих посетил Мюнхен в 1496-м году, когда Дюреру было 25 лет, и заказал два алтаря и портрет. Портрет выполнен на холсте (так называемом Tüchlein), видимо потому, что курфюрст хотел забрать его сразу (такие картины быстро сохли, их можно было свернуть в рулон и взять с собой).
Портрет курфюрста Фридриха Саксонского. Берлин, 1496, картинная галерея
После 1500-го года под впечатлением от работ Грюневальда, с которым Дюрер познакомился в 1502-м или 1503-м году, он начинает рисовать углем и создаёт множество портретов в этой технике. Такие портреты менее идеализированы, более свободны в исполнении, в том числе потому, что не опирались на желания заказчиков, это были простые быстрые наброски «nach dem Leben».
Сохранилось шесть или семь нарисованных углем портретов, написанных только в 1503-м году, среди них профильный портрет Виллибальда Пиркгеймера, напоминающий медаль и придающий изображённому характер античного императора.
Виллибальд Пиркгеймер, 1503, Берлин, гравюрный кабинет
Ещё один портрет того времени.
Портрет восемнадцатилетнего юноши, 1503, Академия изобразительных искусств, Вена
Судя по тому, что портрет подписан, Дюрер считал его полноценным произведением, а не подготовительным этюдом для картины маслом. О том же говорит надпись сверху, в которой юноша от первого лица сообщает свой возраст на момент написания картины. Имя изображённого неизвестно. На рисунке брата Дюрера Эндреса есть похожая надпись. Возможно, и этот юноша был родственником Дюрера. Портрет очень реалистичный, без идеализации, такое художник мог себе позволить только в собственных портретах или портретах друзей и родственников.
Летом или осенью 1505-го года Дюрер отправляется в Венецию. Там он пишет ряд портретов, чтобы заработать себе на существование. Изучая венецианскую живопись, в первую очередь работы Беллини, он заимствует многие её приёмы для своих картин. Самый известный пример - портрет венецианки.
Художник изображает крупным планом лицо и плечи девушки, меньше занимается деталями, концентрируется на существенном. Палитра отличается от его прежних портретов: она более тёплая, с золотистыми тонами Тициана, контуры менее линейны, более размыты и смягчены, что делает портрет очень притягательным и уютным. .
Портрет венецианки. Около 1505, МИИ, Вена
А этот рисунок, возможно, был сделан в дороге.
Портрет смеющейся крестьянки, 1505, Британский музей, Лондон
Он датирован и подписан "Una Vilana Windisch". "Windisch" значит «славянский», предполагается, что Дюрер проезжал местности Каринтию (юг Австрии, нем. Kärnten) и Фриули (северная Италия, ит. Friuli), в которых до сих пор живёт словенское меньшинство. Нюрнбергская же карта 1501-го года называет словом «Winden» современную Далмацию. Есть вариант, что портрет был нарисован не во время путешествия, а уже в Венеции, это могла быть приехавшая туда хорватка. Задний план тщательно проработан, рисунок подписан, что может указывать на то, что рисунок предназначался для продажи или послужил подарком. Однако в нём так мало индивидуальности, что я склоняюсь к тому, что это, если и портрет, то портрет не одной личности, а целой этнической группы, абстрактный образ славянки.
Скорее всего сразу после возвращения написан портрет молодого человека.
Портрет молодого человека, 1507, МИИ, Вена
На картине любовно выписаны детали, фактура мехового воротника, волосы. Кто изображён на портрете, неизвестно, возможно, Вильгельм Галлер. На венском алтарном образе Ландауера с изображением всех святых фигура Вильгельма Галлера, зятя донатора, имеет сходство с портретом. С другой стороны портрета ещё одна картина: на ней - иссушенная старостью женщина с обнажённой грудью и мешком, наполненном монетами. Раньше (например, у Панофского и пр.) она трактовалась как персонификация алчности, которую художник якобы нарисовал в качестве мести скупому заказчику не желавшему внести запрошенную за портрет цену. Сейчас она трактуется в традиции vanitas, как напоминание о смерти и преходящести всего земного.
Возникшие после итальянского путешествия портреты демонстрируют не только владение техникой и анатомией, но и глубокое понимания человеческой сущности.
Портрет девушки, 1515, Национальный музей, Стокгольм
Голова африканца, 1508, Альбертина, Вена
Живописные портреты этого периода аскетичны в деталях, Дюрера больше интересует лицо и характер, поэтому он изображает людей крупным планом на монохромном фоне, не отвлекающем от главного.
Портрет учителя Михаеля Вольгемута. 1516, Германский национальный музей, Нюрнберг
Портрет написан за 3 года до смерти Вольгемута, художнику здесь 79 лет.
Вероятно, Дюрер написал его себе на память, доска, на которой он написан, состоит из нескольких частей, что вряд ли возможно для заказа. Надпись сделана по-немецки, что тоже нетипично для заказного портрета.
В 1518-м году на Аугсбургском рейхстаге, куда Дюрер отправился как представитель имперского города Нюрнберга, ему выпала возможность рисовать самого императора Максимилиана. А также кардинала Альбрехта Бранденбургского — ещё одно очень влиятельное лицо того времени (существует множество его портретов, созданных другими художниками). Сначала он делает подробные рисунки, послужившие основой для будущих гравюр. В портрете Максимилиана Дюрер отказывается от изображения знаков императорской власти в виде гербов и пр., он передаёт статус императора как высшего представителя земной власти только его позой, осанкой, взглядом.
На гравюре, однако, все привычные знаки отличия появляются.
Максимилиан I, 1518, рисунок углем, Альбертина, Вена
Максимилиан I, 1519, гравюра по дереву, Альбертина, Вена
Помимо ксилографии, на основе рисунка Дюрер создал два живописных портрета: один водяными красками на холсте, позже переписанный маслом (Нюрнберг, Немецкий музей), другой на доске. Так как для двух картин он использовал один шаблон, головы на обоих портретах одного размера, несмотря на разный формат. Максимилиан опирается на парапет (ещё один приём, позаимствованный у нидерландских мастеров XV века). В нюрнбергской версии вместо державы, как символа власти, Максимилиан держит крупный гранат. Нюрнбергский портрет - это либо эскиз к венскому портрету, либо копия для какого-нибудь богача, например, Якоба Фуггера.
Максимилиана I, 1519, MИИ, Вена
Максимилиан I, Нюрнберг, Немецкий музей
Там же был сделан последний рисунок Фридриха Мудрого Саксонского (первый портрет был выше).
Фридрих был сторонником и защитником Мартина Лютера, вёл переговоры с папой, покровительствовал искусствам и наукам. Гравюра была готова значительно позже, за несколько месяцев до смерти курфюрста, в 1525-м году. У художника и курфюрста были, судя по всему, очень тёплые отношения.
Фридрих Саксонский Мудрый, Мюнхен, государственное графическое собрание
А теперь рисунки и гравюрные портреты ярого противника Лютера, главного немецкого католика Альбрехта Бранденбургского.
Кардинал Альбрехт Бранденбургский, 1518, Альбертина, Вена
Так называемый "малый кардинал", 1519, Мюнхен, графическое собрание
"Большой кардинал", Мюнхен, 1523, Мюнхен, графическое собрание
Встреча Дюрера с ещё одним влиятельным лицом, на сей раз представителем финансовой элиты, тоже состоялась вероятнее всего во время аугсбургского Рейхстага.
Портрет Якоба Фуггера, по прозванию Богатый,1520, государственная галерея, Аугсбург
Изображённый идентифицирован в XIX веке на основе сходства с другими портретами. Один из них, свадебный, был в первой части истории о портретах. Фуггер сначала был главой инсбрукского филиала основанного в Аугсбурге торгового общества. В 1510-м году он стал единоличным главой фирмы, к которой принадлежал крупнейший тогда в Европе банк. Фуггер давал кредиты Максимилиану и Карлу V и мог таким образом влиять на выборы императора и папы. Максимилиан назначил его рейхсграфом. В Берлине есть очень близкий по композиции рисунок углем, который вероятно служил эскизом для картины. Портрет написан на холсте (как я уже писала, это был более быстрый и простой способ изображения, к которому Дюрер прибегал в путешествиях или если заказ был спешным). Предполагается, что это промежуточная стадия, что существовала картина на доске, на которой Фуггер изображён в богатой одежде. Оригинал не сохранился, но дошёл до нас в копиях.Есть ещё мнение, что это копия с утерянного оригинала, выполненная учениками Дюрера. Плохое состояние холста не позволяет это определить.
В портретах последних лет, начиная с 1525-го года, Дюрер снова уделяет большое значение рисунку и деталям, палитра становится более сдержанной, даже холодной.
Таков, например, портрет Якоба Муффеля.
Портрет Якоба Муффеля,1526, Берлин, картинная галерея
Муффель был нюрнбергским патрицием, членом Малого Совета города, дважды избирался бургомистром и дружил с Пиркгеймером и Дюрером. Портрет написан незадолго до его смерти, последовавшей в том же году. В портрете не только безупречно передана фактура одежды, а также все физиогномические подробности, все выпуклости и вогнутости лица, но ещё и характер, душевный склад изображённого.
В 1526-м году Дюрер пишет портрет Иоганнеса Клебергера, который считается первым произведением немецкого маньяризма.
Иоганнес Клебергер, 1526, МИИ, Вена
Портрет, заканчивается срезом, какие имеют скульптурные головы, например, знаменитые римские портреты начала нашей эры, хотя сама голова нарисована в обычной манере, без попытки передачи фактуры мрамора или бронзы. Она напоминает скульптуру из воска. Сам ли Дюрер пришёл к такому решению или это была идея заказчика, неизвестно. Я думаю, скорее последнее. Такой необычный портрет очень хорошо сочетается с неординарной личностью изображённого. Клебергер был купцом в торговом доме Имгофф, а имено в его филиалах в Берне и Лионе. Он принадлежал к далеко не самому знатному роду, но был очень удачлив в делах и сказочно разбогател. В 25-м или 26-м году Клебергер вернулся из заграницы в Нюрнберг, в 27-м году получил гражданство, а 28-м году женился на старшей дочери Пиркгеймера Фелицитас, бывшей жене Ганса Имгоффа, овдовевшей в 26-м году. Пиркгеймер был против этого брака. У него явно имелся повод не доверять этому человеку. Почти сразу после свадьбы Клебергер бросил свою супругу и умчался назад в Лион, а Фелицитас заболела и через два года умерла. Её отец открыто обвинял Клебергера в убийстве, утверждая, что он дал его дочери медленно действующий яд, что врядли было правдой. В отличие от Пиркгеймера, французы этого авантюриста любили и называли bon Allemand - став самым богатым жителем города, он не жалел средств на пожертвования, особенно, когда Лион вновь навестила чума.
После надписи, сообщающей имя и возраст изображённого, следует таинственный знак, который также имеется на двух медалях, появившихся в то же время - согласно астрологическому трактату Агриппы фон Неттесгейма (1510), это знак, символизирующий положение, когда самая яркая звезда в созвездии Льва визуально наиболее близка к Солнцу. Человек рождённый при таком расположении звёзд, создан для великих свершений, ему всегда сопутствует успех. В верхнем левом углу изображён знак Льва, окружённый звездами, положение которых в свою очередь обещает счастливую судьбу. Вообще весь облик Клебергера, его нос, причёска, властный пронзительный взгляд вызывают ассоциацию с римским императором, который, как водится, пришёл, увидел и победил.
Особое место среди портретов Дюрера занимают портреты гуманистов.
Первый - гравюра на меди Виллибальда Пиркгеймера. Она напоминает античную стелу, которая, помимо имени, имеет какое-то мудрое изречение, в данном случае «Vivitur ingenio, caetera moris erunt» (Мы живёт духом, всё остальное достанется смерти). Слова эти явно придуманы не Дюрером, скорее всего их предложил сам Пиркгеймер, большой друг Дюрера, сильно повлиявший на формирование его личности.
Виллибальд Пиркхаймер, 1524, Мюнхен, государственное графическое собрание
Ещё один портрет - Филиппа Меланхтона, похожий по композиции на портрет Пиркгеймера. Я уже упоминала его необычную надпись, в которой Дюрер признаёт, что ему удалось передать только образ, но не душу, не характер изображённого. Мелахтон был ближайшим соратником Лютера. С осени 25-го до весны 26-го года он гостил у Пиркгеймера в Нюрнберге, куда приехал по приглашению, чтобы помочь организовать здесь первую общественную гимназию. Так что его ещё называют отцом немецкой школьной системы.
Филипп Меланхтон, 1526, Мюнхен, графическое собрание
В 20-м году, во время путешествия в Нидерланды, Дюрер познакомился с самим Эразмом Роттердамским. Тот очень хотел, чтобы Дюрер выгравировал его портрет. Для этого художник сделал два рисунка, один из которых сохранился, но основой для гравюры послужил не он, а живописный портрет Эразма, написанный Квентином Массейсом. Изображение Эразма, за пультом с пером в руке и в окружении книг, представляет собой иконографический тип учёного, появившийся ещё в средневековом искусстве, смотрите, например, изображения св. Иеронима. Гравюра Эразму не понравилась, он счёл портрет непохожим.
Эразм Роттердамский, 1526, Альбертина, Вена
Помимо перечисленных здесь портретов, на выставке были работы учеников Дюрера, трёх Гансов: Кульмбаха, Шойфелина и Бальдунга, написанные в дюреровкой манере, но я, пожалуй, не буду покушаться на необъятное и ограничусь Мастером.
Продолжение следует.
no subject
no subject
Здорово, что ты пришла.
no subject
no subject
no subject